чем в древнем риме натирали столы перед пирами
Пир на весь мир древнеримская традиция?
Торжественная трапеза, праздник с обильными угощениями и выпивкой – это одна форм общения между людьми. Многие из нас принимали участие в таких мероприятиях. Обычно, каждый участник застолья стремится испробовать хорошие горячительные напитки, поесть всяких вкусностей, и, конечно, душевно пообщаться с народом.
Пиры в Древнем Риме
В 3 веке до н.э. в Риме начало бурно развиваться кулинарное искусство: были разработаны основы здорового питания, изобретены новые сочетания продуктов и блюда. Некоторыми из античных кулинарных открытий мы пользуемся до сих пор.
Пища небогатых людей была проста и традиционно использовалась на протяжении веков. Однако среди богатого населения древнего Рима возникла необычная мода на изысканную пищу и многочасовые пиры. Это привело к развитию особой изощренно-расточительной кухни, культу чревоугодия и обжорству.
Какие продукты использовались для пиров? Очень ценилось свиное и козье мясо. Говядина использовалась только тогда, когда быков приносили в жертву богам. Популярна на пиршественных столах была дичь и рыба. Специально для пиров богатые горожане разводили фазанов, цесарок, павлинов. Они украшали великолепное застолье. Мода на экзотические кушанья не стояла на месте: при императоре Августе для пиров стали приготовлять блюда из аистов, а при римском императоре Тиберии в большой цене были соловьиные языки!
Обычно, вино употреблялось в повседневных трапезах. Для пиров наиболее ценными и дорогими винами считались те, которые были приготовлены из определенных сортов винограда и хорошо выдержаны.
Важным атрибутом римского пира была беседа. Когда на пиру было не слишком много народа, то небольшая группа пирующих легко могла поддерживать разговор на тему, интересную для всех. Но во время многолюдных застолий у императоров и вельмож вести общую беседу не было никакой возможности.
Где и как хозяева организовывали пир
Пиршественный зал, обычно, располагался в задней части дома и примыкал к саду.
В середине трапезной стоял большой стол, окруженный каменными ложами, которые назывались триклиниями. На такой лежанке размещались три гостя. Место было не много, поэтому возлежащие пирующие чувствовали себя не очень комфортно. От выпитого и съеденного было жарко, рядом сосед жаркий, как печка. Окна и двери в помещении открыты. Чтобы не простудиться, хозяин снабжал гостей накидками, которые многократно менялись в течение трапезы, по мере того, как они становились мокрыми от пота.
На столе очень плотно стояли блюда, и их было очень много. Чтобы дать возможность сотрапезникам отведать максимальное количество приготовленных блюд, рядом с лежаками ставились дополнительные сервировочные столики.
Женщины не имели права располагаться на триклиниях. Они сидели на стульях в зоне для случайных гостей. Приглашенные, чином повыше, занимали лежаки справа, самые высокоуважаемые гости укладывались пировать посередине, а слева оставляли места для «граждан попроще».
На особых столах стояли сосуды с вином. Пирующих обслуживали рабы, разносящие пищу на серебряных подносах. Каждый гость сам накладывал себе угощение в тарелку. Что интересно, наиболее воспитанным считался тот человек, который помогал себя пальцами во время еды, и при этом пачкался меньше других!
Итак, гости заняли предназначенные им места, столы ломятся от угощений, пришла пора начинать торжественную трапезу.
Пир в древнем Риме традиционно состоял из трех частей. Сначала подавались закуски, потом обильный обед, затем наступало время для десерта. В качестве закуски подавали яйца, различные салаты, капусту, артишоки, дыни с начинкой, соленную рыбу и устриц и массу других возбуждающих аппетит кушаний. Во время закуски пирующие пили красное вино.
Главная часть торжественного обеда состояла из множества перемен: от 5 до 9! Каждая перемена блюд включала в себя наборы кушаний, которые иногда плохо совмещались друг с другом. Пирующие вкушали, что Бог послал, лежа. От неудобной позиции, жары, выпитого вина и скушанной пищи многие гости уже не могли наслаждаться новыми переменами. Наиболее смышленые люди выходили «до ветру», и там изрыгали из себя глубокое внутреннее содержимое. Затем они возвращались «налегке» и с удовольствием продолжали трапезничать под завистливые взгляды соседей по ложу.
Пиры в древнем Риме продолжались по многу часов. Кроме насыщения плоти в каждой большой трапезе была предусмотрена и «культурная программа» Ее цель заключалась в том, чтобы развеселить гостей. Для этого приглашали актеров, танцовщиц, музыкантов и поэтов.
Пиры – живучая традиция
Традиция, устраивать пиры по поводу и без него, продержалась в Риме несколько веков. В конце существование Римской империи пиры превратились в откровенные оргии и обжорство. Например, императора Вителлий прославился своим обжорством. Гораций писал об этом времени: «хороший вкус и нравы были потеряны полностью. За столом песни были непристойными, а женщины почти неодетыми».
Бесконечные пиры с неумеренным потреблением пищи стали мишенью для римских писателей. Они не упускали возможность сочинять сатирические произведения на эту тему. Сенека неоднократно в своих эпиграммах высмеивал
«обжорство на пирах, бездонное и ненасытное» и убеждал сограждан в том, что нападавшие на них болезни являются следствием их чревоугодия и пьянства.
Но граждане не торопились внимать ему…
Трудно себе представить, что на заре существования империи римские врачи продолжали развивать науку о рациональном питании – диетологию. А на ее закате – продолжались бесконечные безумные пиры, и достучаться ученым до разума пирующих так и не удалось.
Чем в древнем риме натирали столы перед пирами
Искусство трапезы античные римляне переняли у греков, но с некоторыми отличиями. Изначально греческие застолья проходили в складчину: фиги, ячменные лепёшки, мягкие сыры, разведённое вино, яйца, зелень – каждый приносил то, что может. Древний поэт Филодем прекрасно описал скромное застолье, упоминая и своё участие в дружеской пирушке: «Афинагор дал нам капусту, рыбу солёную должен дать Аристарх, печень несёт Филодем, свинину приносит Аполлфан».
Греки больше предавались философским беседам, нежели чревоугодию, но эти беседы были обставлены эстетически. Беседовавшие возлежали на околостольных ложах в лавровых венках. Позже эта идея духовного пира была извращена. Греки стали объедаться мясными блюдами огромных размеров. Целиком запекались быки, бараны и олени. Вкусовые предпочтения тоже были своеобразными. Гомер в «Одиссее» описывает одно такое застолье, где главный герой одаривает певца, который своим искусством растрогал Одиссея до слёз. Он отдаёт ему «полную жира хребтовую часть острозубого вепря». Именно подобный вид трапезы и переняли римляне, которые находились на вершине мира несколько веков. Авторитет Римской империи до V века нашей эры был настолько велик, что продукты для стола императоров и богатых патрициев свозились со всего мира.
И чем мощнее становилась империя, тем больше происходило социальное расслоение. Интересно изучать историю по кулинарии! Основатель Римской империи Октавиан Август на завтрак ел грубый хлеб, мелкую рыбу, влажный сыр и зелёные фиги. А спустя несколько веков император Нерон уже вовсе не завтракал. Он просто не переставал обедать. Пиры, на которых творились гнусности и беспредел, попросту не прекращались.
Воспитатель Нерона, философ-стоик Сенека, был в ужасе от того, во что превратился его венценосный воспитанник. Сам Сенека оставался идейным аскетом, он питался так же, как и большинство римлян, – кашами, лепёшками и лишь по праздникам – отварной козлятиной и свининой. Говядина особой популярностью не пользовалась, поскольку быки и коровы использовались исключительно для работы в поле, поэтому мясо их было жёстким и непригодным для еды. Но в одном говядина считалась вне конкуренции – в жертвоприношении. Перед каждым пиром специально откормленные быки закалывались на алтаре, и самые жирные куски приносились в жертву богам.
Луций Лициний Лукулл, выдающийся деятель Великого Рима, был успешным военачальником второй половины I века до нашей эры. Он сделал хорошую карьеру, приумножив территории и богатство империи. Самым большим его военным успехом являются победы в так называемых Митридатовых войнах, во время которых царь Митридат покушался на римские земли. Одну из блестящих операций Лукулл предпринял, когда узнал, что войска мятежного царя терпят нужду в воде и продовольствии. Римский полководец уничтожил оставшийся провиант, угнал всех вьючных животных и решил подождать. Во вражеском лагере стали массово умирать от голода, началось людоедство. Возможно, именно тогда Лукулл по-настоящему оценил, что значит еда и что такое – её отсутствие.
Награбленные трофеи позволили Луцию Лицинию войти в историю не только как устроителю роскошных пиров. Несмотря на противоречивость натуры, Лукулл был филантропом. Он открыл в своём поместье общедоступную библиотеку с уникальными рукописями, которыми могли пользоваться все – от грамотных рабов до вельмож. Знаменитые сады Лукулла возвестили о зарождении римского садового искусства. В 60-х годах до нашей эры полководец привёз из Армении первое вишнёвое дерево. Сады на римском холме Пинчо (там же располагалась и роскошная вилла Лукулла) были украшены дорогими скульптурами, вазами и фонтанами. Огромные питомники, в которых разводились экзотические птицы и животные исключительно для гастрономических целей, дополняли картину.
Современники по-разному относились к Лукуллу. Помпей, его политический противник, однажды заболел, и врач посоветовал ему съесть дрозда в качестве лекарства. Птичку эту можно было найти только в питомнике Лукулла. Помпей отказался принять помощь идейного врага, сказав: «Неужели жизнь Помпея может зависеть от причуд роскоши Лукулла?»
Ложитесь, гости дорогие
На Лукулла и его пиры равнялась знать, пытаясь превзойти их в роскоши и изобилии.
Историческая ирония заключается в том, что фраза «Лукулловы пиры» вошла в мировой фольклор, а их описание не сохранилось. Только в «Сравнительных жизнеописаниях» Плутарха можно найти отрывочные сведения: «Лукулл устраивал ежедневные пиры с тщеславной роскошью человека, которому внове его богатство. Не только застланные пурпурными тканями ложа, украшенные драгоценными камнями чаши, увеселительное пение и пляски, но также разнообразные яства и не в меру хитро приготовленные печенья вызывали зависть у людей с низменными вкусами».
Кстати, знаменитое угощение от шеф-повара Лукулла, которое называлось «холодная собака», делалось из шоколадной массы и дроблёного печенья. Похоже, что это древнеримское лакомство явилось прародителем нашего любимого пирожного «картошка».
Включив воображение, можно представить, как проходили застолья на холме Пинчо.
Итак, добро пожаловать в атрию – просторную залу в передней части дома знатного патриция. Позже, когда в римскую архитектуру проникли греческие нотки, застолье переместилось в триклиний – столовую. Такое название пошло от расположения мраморных лож по краям стола. Три ложа ставились с трёх сторон квадратного стола, четвёртая сторона оставалась свободной, поскольку оттуда подавали еду. На каждом ложе могло лежать по три дорогих гостя. Ели именно лёжа, поскольку считалось, что так проглотишь больше еды. Девять человек тёрлись боками друг о друга – похоже, что патриции лежали в тесноте. Но зато уж точно не в обиде.
Трапеза длилась от шести до десяти часов. Хозяева и гости были весьма тучными людьми, а жаркий климат располагает к обильному потоотделению, так что над столом стоял запах пота. Для борьбы с этим злом существовали специальные рабы. Они покрывали пировавших разноцветными накидками и периодически их меняли, порой уходило по десять штук на человека. Накидки выполняли функцию потоприёмников.
Сам пир делился на три части: закуски, бесконечный обед, состоящий из горячих блюд, и десерт.
У других вы такого не увидите
Древняя трапеза, так же как и современная, была социальным явлением. Люди схожего статуса и схожих взглядов, собравшись за столом, беседовали о философии и коммерции. За столом решались важнейшие вопросы, начиная от объявления перемирия и вплоть до постройки новых городов. И конечно, эти дела считались сугубо мужскими. Женщины не имели права возлежать на ложах вокруг столов, поэтому скромно сидели на стульях в стороне.
Но, тем не менее, женское присутствие на пирах считалось обязательным – в рамках «культурной программы». Танцовщицы и гетеры были желанными гостями, как и певцы, поэты, музыканты, акробаты и заморские факиры. Пиры были «тематическими». Так, помощник Нерона Тигеллин как-то раз особенно ублажил своего императора и его гостей кулинарным праздником на воде. Пиршество проходило на огромном плоту, который курсировал по озеру.
Ещё одним приближённым безумного императора был Гай Петроний, получивший за свои таланты прозвище, которое в переводе означает «человек с безупречным вкусом». При Нероне он служил распорядителем пиров, но помимо этого был ещё и прекрасным литератором. Именно его перу принадлежит знаменитый «Сатирикон» – роман о любовных похождениях некоего Энколпия и его друзей. В этом произведении Гай Петроний во всех подробностях описал удивительное застолье, в котором участвовали его герои.
Пир устраивал разбогатевший вольноотпущенник Тримальхион, лысый старик, который имел милую привычку справлять нужду в серебряные чаши и тут же вытирать руки о волосы раба. Вот этот самый высококультурный человек решил как-то раз поразить своих гостей. Мальчики-рабы омывали ноги Энколпия, противно завывая что-то из Гомера, а потом подали «невредные» закуски. Стоит отметить, что понятие «диетология» тогда уже существовало, и пришло оно, как нетрудно догадаться, опять же из Греции. На столе стоял бронзовый ослик с тюками на спине, в которых красиво лежали маслины и оливки. Выше располагались массивные серебряные блюда с инициалами Тримальхиона, где лежали жареные сони, приправленные маком и мёдом. Напомним, что соня – это мелкий грызун, похожий на мышь. На другом пиру подавались новорождённые мышата, запечённые в меду.
Но ещё до основного меню воображение гостей следовало поразить чем-то невиданным, чего не было у других. Хозяин дал знак рабам, и те внесли столы с изображениями двенадцати знаков зодиака. Каждому знаку соответствовал гастрономический символ. Надо Львом лежали африканские фиги, рядом с Девой – матка неопоросившейся свиньи, над Близнецами – почки и бараньи яички. И так далее.
Наиболее ценными поварами считались те, кто мог искусно приготовить не само мясо, а то, что мы называем субпродуктами: почки, печень, кишки, язык, мозги, сердце. Даже кожу! К «здоровым» закускам, кроме маслин и несчастных сонь, Петроний относит скворчащие на жаровне колбаски, сирийские сливы и гранатовые зёрна. Небольшие столы не вмещали всех блюд, поэтому рядом стояли дополнительные столики – серванты. А если наступало время перемены блюд, то рабы просто уносили столы и приносили новые с очередными кушаньями.
Вы есть очень много кушать
Как же ели патриции? Вилок ещё не существовало, но уже были ножи и разнообразные ложки, которые подавались к блюдам. Однако большинство блюд ели просто руками. Наиболее воспитанными считались те, кто умел аккуратно хватать пищу пальцами и при этом не выглядел, как извазюканный в грязи поросёнок.
Салфетки появились не сразу. Поначалу кому-то пришло в голову вытирать рот хлебными лепёшками, но позже появилось такое диво, как тканые салфетки, которые стоили очень дорого. Самым важным гостям хозяин выдавал по одной штуке в качестве эксклюзивного подарка.
Порой на пиры заявлялись так называемые «убогие гости» – просто чтобы поесть задарма и предаться разврату. Их социальный статус был настолько низок, что даже рабы относились к подобным людям с презрением. «Убогие» шли на всякие ухищрения, чтобы урвать лишний кусок. Они приносили свои салфетки, куда заворачивали еду, унося её домой.
Но самым интересным на древнеримских пиршествах было меню, которое у современного человека может вызвать шок.
Перед основным блюдом Тримальхион подавал павлиньи яйца, в которых лежали запечённые винноягодники под соусом из желтка и перца. Винноягодниками называли птиц, считавшихся деликатесными; у них было жирное мясо. Основным блюдом стало мясное ассорти, но какое! На огромной тарелке лежали птицы, вымя, а посередине восседал заяц в перьях, символизируя Пегаса. По краям тарелки стояли четыре сатира, которые держали в руках меха, из которых выливалась подливка на жареных рыб, плававших в жиру, будто в настоящем водоёме.
Но это меню, так сказать, средненького пира. Да и что взять с вольноотпущенника, не патриций же!
А вот иные свидетельства, которые, по счастью, дошли до наших дней. На закуску подавали продукты, которые вызывали аппетит: яйца, салаты, артишоки, спаржу, дыню под перцем и уксусом, огурцы, лук-порей, отваренный в вине, сливы, солёную рыбу, устриц, трюфеля и многое другое. Запивали всё это красным разведённым вином. И хотя на пирах порой творилось нечто невообразимое, количество выпитых чаш на одного человека строго регламентировалось. Известен случай, когда молодой человек, перепив, стал неистово отплясывать и даже встал на голову. Тогда отец его невесты сказал: «Ты только что проплясал свою свадьбу!» – и отменил предстоящее торжество. Невеста осталась безутешна.
Основных блюд изначально было три, но потом римляне дошли до десяти смен горячего. Причём, в отличие от «невредных» закусок, основные блюда часто были несовместимыми.
Одна перемена блюд вовсе не означает, что со стола уносят жареную свинью, а взамен приносят тушёную рыбу. Совсем нет. В каждую перемену входило до двадцати и более кушаний. Самые богатые хозяева, в том числе и Лукулл, могли позволить себе угостить друзей, к примеру, блюдом из соловьиных язычков. Учитывая, что один язычок весил не больше 0,01 грамма, ради нескольких порций убивали тысячи птиц.
То же происходило с дроздами и даже с фламинго. За ценой никто не стоял. Римская империя настолько зажралась, что не могла уже разглядеть границ дозволенного. Из многих стран в Рим свозились продукты и различные диковинки. Пряности везли из Азии, фрукты – из Египта, фазанов – из Греции, кроликов – из Испании. Целая армия поваров готовила блюда-загадки. Считалось шиком подать яство, которое гость не сразу распознает. Вот повара и старались, подавая беременных зайчих, птичьи лапки с гарниром из петушиных гребешков, поросят с начинкой из мозгов, филе жирафа и фаршированные слоновьи хоботы. На десерт подавались пироги, засахаренные фрукты и нескончаемое количество вина.
…Великий полководец Лукулл иногда уставал от многочисленных гостей и оставался в одиночестве. Как-то в тихий день он приготовился к обеду и увидел, что раб накрыл очень скромный стол. На грозный вопрос хозяина «Почему?» раб пролепетал, что, мол, он подумал, раз Лукулл один, то особых излишеств не потребуется… И получил ответ, который тоже вошёл в историю: «Сегодня Лукулл обедает у Лукулла!» – а это означало, что пир должен быть более роскошным, чем для пятисот гостей!
Как пировали древние римляне?
Торжественная трапеза, праздник с обильными угощениями и выпивкой — это одна форм общения между людьми. Многие из нас принимали участие в таких мероприятиях. Обычно каждый участник застолья стремится испробовать хорошие горячительные напитки, поесть всяких вкусностей и, конечно, душевно пообщаться с народом.
Пиры в древнем Риме
В III веке до н.э. в Риме начало бурно развиваться кулинарное искусство: были разработаны основы здорового питания, изобретены новые сочетания продуктов и блюда. Некоторыми из античных кулинарных открытий мы пользуемся до сих пор.
Пища небогатых людей была проста и традиционно использовалась веками. А среди богатого населения древнего Рима возникла необычная мода на изысканную пищу и многочасовые пиры. Это привело к развитию особой изощренно-расточительной кухни, культу чревоугодия и обжорству.
Какие продукты использовались для пиров?
Очень ценилось свиное и козье мясо. Говядина использовалась только тогда, когда быков приносили в жертву богам. Популярной на пиршественных столах была дичь и рыба. Специально для пиров богатые горожане разводили фазанов, цесарок, павлинов. Они украшали великолепное застолье. Мода на экзотические кушанья не стояла на месте: при императоре Августе для пиров стали приготовлять блюда из аистов, а при римском императоре Тиберии в большой цене были соловьиные языки!
Обычное вино употреблялось в повседневных трапезах. Для пиров наиболее ценными и дорогими винами считались те, которые были приготовлены из определенных сортов винограда и хорошо выдержаны.
Важным атрибутом римского пира была беседа. Когда на пиру было не слишком много народа, небольшая группа пирующих легко поддерживала разговор на тему, интересную для всех. Но во время многолюдных застолий у императоров и вельмож вести общую беседу не было никакой возможности.
Где и как хозяева организовывали пир
Пиршественный зал обычно располагался в задней части дома и примыкал к саду. В середине трапезной стоял большой стол, окруженный каменными ложами, которые назывались триклиниями. На каждой лежанке размещались три гостя. Место было немного, поэтому возлежащие пирующие чувствовали себя не очень комфортно. От выпитого и съеденного было жарко, рядом лежал жаркий, как печка, сосед. Окна и двери в помещении были открыты. Чтобы гости не простудились, хозяин снабжал их накидками, которые многократно менялись в течение трапезы по мере того, как становились мокрыми от пота.
На столе плотно стояли блюда, их было очень много. Чтобы дать возможность сотрапезникам отведать максимальное количество приготовленных кушаний, рядом с лежаками ставились дополнительные сервировочные столики.
Женщины не имели права располагаться на триклиниях. Они сидели на стульях в зоне для случайных гостей. Приглашенные, чином повыше, занимали лежаки справа, самые высокоуважаемые гости укладывались пировать посередине, а слева оставляли места для «граждан попроще».
На особых столах стояли сосуды с вином. Пирующих обслуживали рабы, разносящие пищу на серебряных подносах. Каждый гость сам накладывал себе угощение в тарелку. Что интересно, наиболее воспитанным считался тот человек, который помогал себя пальцами во время еды и при этом пачкался меньше других!
Итак, гости заняли предназначенные им места, столы ломятся от угощений, пришла пора начинать торжественную трапезу.
Пир в древнем Риме традиционно состоял из трех частей. Сначала подавались закуски, потом обильный обед, затем наступало время для десерта. В качестве закуски подавали яйца, различные салаты, капусту, артишоки, дыни с начинкой, соленую рыбу, устриц и массу других возбуждающих аппетит кушаний. С закуской пирующие пили красное вино.
Во время главной части торжественного обеда от 5 до 9 раз меняли блюда, и они иногда плохо сочетались друг с другом. Пирующие вкушали, «что Бог послал», лежа. От неудобной позиции, жары, выпитого вина и обилия съеденной пищи многие гости были уже не способны наслаждаться все новыми и новыми блюдами. Наиболее смышленые люди выходили «до ветру», и там изрыгали из себя внутреннее содержимое. Затем возвращались «налегке» и с удовольствием продолжали трапезничать под завистливые взгляды соседей по ложу.
Пиры в древнем Риме продолжались по многу часов. Кроме насыщения плоти, в каждой большой трапезе была предусмотрена и «культурная программа», чтобы веселить гостей. Для этого приглашали актеров, танцовщиц, музыкантов и поэтов.
Традиция устраивать пиры по поводу и без продержалась в Риме несколько веков. В конце существования Римской империи пиры превратились в откровенные оргии и обжорство. Например, своим обжорством прославился император Вителлий. Гораций писал об этом времени: «Хороший вкус и нравы были потеряны полностью. За столом песни были непристойными, а женщины почти неодетыми».
Бесконечные пиры с неумеренным потреблением пищи стали мишенью для римских писателей. Они не упускали возможности сочинять сатирические произведения на эту тему. Сенека неоднократно в своих эпиграммах высмеивал «обжорство на пирах, бездонное и ненасытное» и убеждал сограждан в том, что одолевающие их болезни являются следствием чревоугодия и пьянства. Но граждане не торопились внимать ему…
Трудно себе представить, что на заре существования империи римские врачи развивали науку о рациональном питании — диетологию. А на ее закате воцарились бесконечные безумные пиры, и достучаться до разума пирующих ученым так и не удалось.
Проголосовали 25 человек
| 21 |
| 1 |
| 3 |
| 0 |
| 0 |
Комментарии (16):
Войти через социальные сети:
Милая Любимая,
как сейчас там обстоят дела, не знаю. Но хорошо покушать можно в итальянском ресторане и за пределами Италии. Попробуйте! 
Тина Хеллвиг,
Статья разумеется понравилась, как и все ваши работы.
Но хочу добавить, что Существуют мнение, что особого разгула оргии получилив в период империи, когда жинь человека стала ценится невысоко. представитель любого сословия мог быть убит по приказу Имератора как говорится без суда и следствия. Причины могли быть любые: понравишаяся императору (приближённым) жена, донос об измене, богаство (его можно было конфисковать). Доносы в период принципата и империи получили широкое распространение. Да и как могло быть иначе, ведь доносчику полагаась доля в имуществе несчастного, рабу давали свободу. Таким образом чем богаче был человек тем опаснее и уязвимее было его положение. В такой ситуации ничего не значила не только жизнь человека, но его богатсво. Так как оно конфисковывалось его нельзя было передать по наследству (в смысле не было гарантии). Возникал законный вопрос зачем его накапливать. В тот период варинтов трат было не так много, одним из которых были пиры. Причём именно в правление самых жестоких императаров пиры приобрели постине грандиозный размах. Кроме этого считается, что пиры позволяли «заесть и запить» стрес, в котором находились обеспеченные римляне о угрозы в любой момент лишится жизни по ложному обвинению.
Андрей Владимиров,
Очень интересно, а я этого не знала. Нравы на закате Римской империи были крутые. Вероятно, и разгульные пиры были средством, чтобы спрятать «голову в песок» от ужасных реалий жизни! Спасибо за такое полезное дополнение.
Тина Хеллвиг, да, пожрать они любили!
Богдан С. Петров,
Это точно!
Пирующие римляне на триклиниях.
Кнаббе не под рукой, цитирую из того, что нашла в сети:
«В старину обедали в атрии: у очага зимой и в саду летом; в деревне рабы собирались к обеду «в большой деревенской кухне» (Var. r. r. I. 13. 2). В городском особняке появляются особые комнаты, которые отводят для столовых. У богатых людей летом обедают в одних столовых, зимой – в других: летние делают с таким расчетом, чтобы туда не попадало солнце, зимние – наоборот (Var. r. r. I. 13. 7; Col. I. 6. [с.126] 1-2). Столовые называют греческим словом «триклиний», так как вокруг стола расставляют три ложа. Мужчины обедали лежа; женщины за столом сидели: возлежание для женщины считалось неприличным.
Мы знаем только об обеденных обычаях состоятельного дома: ни один источник не рассказывает – о том, как проходил обед в бедной семье. Мы можем, однако, смело утверждать, что старинный обычай сидеть за столом (Var. у Serv. ad Aen. VII. 176: «предки наши обедали сидя») у бедняков оставался в полной силе, и не из уважения к старине, а потому, что на антресолях таберны или в тесной убогой квартирке негде было расставить ложа для лежания. Столовую мебель состоятельного дома составляли стол (чаще круглый) и три ложа, настолько широких, что на каждом могло поместиться по три человека; они лежали наискось, опираясь левой рукой на подушку, положенную на стороне, обращенной к столу; подушками отделены были одно от другого и места на ложе. Ложе, стоявшее справа от среднего (lectus medius), называлось «верхним» (lectus summus), стоявшее слева – «нижним» (lectus imus); «верхнее» считалось почетным; на «нижнем» сидел хозяин. Более почетным местом ложа было «верхнее» у спинки, находившейся на одной из узких его сторон; возлежавший левее лежал «ниже», и голова его приходилась примерно на уровне груди того, кто был «выше», занимал «верхнее место». Самым почетным местом, однако, было крайнее, левое место среднего ложа, находившееся в непосредственной близости к хозяйскому: оно называлось «консульским»2. Назидиен, так весело осмеянный Горацием, предложил его Меценату (Hor. sat. II. 8. 22). На званых, парадных обедах рассаживались строго «по чинам»; в богатых домах раб – nomenclator – указывал каждому его место; в дружеском кругу гости садились где кто хотел. В императорское время (уже в I в. н.э.) в столовой начинает появляться полукруглая софа, получившая название «сигмы» по сходству с греческой буквой того же имени. Тут почетными местами считались крайние (cornua – «рога»): правое и потом левое.
Надо сказать, что большинство столовых, которые мы знаем по помпейским домам, были очень неудобны: это небольшие комнаты (3.5-4 м шириной, 6 м длиной), почти целиком занятые обеденными кроватями, которые приходилось придвигать чуть ли не [с.127] вплотную к стенам, чтобы оставить больше места для прислуги, подающей кушанья (между ложем и стеной оставляли только небольшой промежуток, в котором мог поместиться раб, пришедший вместе с гостем). В императорское время в богатых домах появляются столовые нового типа – oecus: это большая комната (в некоторых помпейских домах до 80 м2), в которой можно поставить несколько столов с ложами; вдоль стен ее идут колонны, за которыми имеется свободный проход и для гостей, и для прислуги.
Как видно из описания обеда у Марциала (см. выше), обычный обед состоял из трех перемен: закуски – gustus (в нее входили салат, порей, разные острые травы, яйца и соленая рыба; все запивали напитком, приготовленным из виноградного сока или вина с медом – mulsum3; вторая перемена состояла из мясных и рыбных блюд и каш, полбяной и бобовой (даже за скромным столом у Марциала эта перемена состояла из нескольких кушаний); на десерт подавались всевозможные фрукты и каштаны.»
Люба Мельник, ясно, спасибо. Хорошо, тогда просто убираем про жаркого соседа.