чем больше ложь тем охотнее в нее верят кто сказал
Шесть главных принципов пропаганды по Ёсе Геббельсу
Ложь, сказанная сто раз, становится правдой. Мы добиваемся не правды, а эффекта. Вот в чем секрет пропаганды: она всегда должна быть простой и без конца повторяющейся
Основы пропаганды Третьего Рейха были изложены в программном документе его «фюрера», который в свою очередь опирался на «широко замалчиваемый мировой опыт»:
«. Эти господа исходили из того правильного расчета, что чем чудовищнее солжешь, тем скорей тебе поверят. Рядовые люди скорее верят большой лжи, нежели маленькой. Это соответствует их примитивной душе.
Они знают, что в малом они и сами способны солгать, ну а уж очень сильно солгать они, пожалуй, постесняются. Большая ложь даже просто не придет им в голову.
И даже когда им разъяснят, что дело идет о лжи чудовищных размеров, они все еще будут продолжать сомневаться и склонны будут считать, что вероятно все-таки здесь есть доля истины.
Вот почему виртуозы лжи и целые партии, построенные исключительно на лжи, всегда прибегают именно к этому методу. Лжецы эти прекрасно знают это свойство массы. Солги только посильней — что-нибудь от твоей лжи да останется.
Ну, а известно, что виртуозами из виртуозов по части лжи во все времена были евреи. Ведь уже само существование евреев построено на той большой лжи, будто евреи представляют собою не расу, а только религиозную общину» (А.Гитлер, «Моя борьба»).
Далее идею подхватили и творчески развили в не безызвестном Министерстве пропаганды Третьего Рейха:
«Ложь, сказанная сто раз, становится правдой. Мы добиваемся не правды, а эффекта. Вот в чем секрет пропаганды: те, кого предполагается ею убедить, должны быть полностью погружены в идеи этой самой пропаганды, не замечая при этом, что они ими поглощены.
Обыкновенные люди обычно гораздо более примитивны, чем мы воображаем. Поэтому пропаганда, по существу, всегда должна быть простой и без конца повторяющейся” (д-р. Пауль Йозеф Геббельс, рейхсминистр народного просвещения и пропаганды Германии, 1933-1945)
Пропаганды должно быть много, очень много.
Ее нужно вываливать в массы непрерывно, днем и ночью, во всех территориальных точках одновременно.
Избытка пропаганды не бывает, так как народ способен усвоить лишь ту информацию, которую ему повторят тысячи раз.
Предельная простота любых посланий.
Это нужно затем, чтобы даже самый отсталый индивид сумел осознать услышанное или прочитанное: если боец ассенизаторской команды справится с информацией, то школьный учитель переварит ее и подавно.
А ведь чем больше людей примут что-либо, тем проще будет справиться с остальными: даже самое продвинутое меньшинство вынужденно последует за большинством.
Максимальное однообразие ясных, кратких, хлестких посланий. «Пропагандировать наш лозунг мы можем и должны с самых различных сторон, но итог должен быть один и тот же, и лозунг неизменно должен повторяться в конце каждой речи, каждой статьи”.
Никаких дифференциаций: пропаганда не должна позволять сомневаться, колебаться, рассматривать различные варианты и возможности.
У людей не должно быть выбора, ведь он уже сделан за них, а им следует лишь понять и затем принять информацию, чтобы потом уже воспринимать навязанные идеи как свои собственные.
Воздействовать в основном на чувства и лишь в самой малой степени апеллировать к мозгу. Помните? Пропаганда — не наука. Зато она помогает вывести на эмоции многотысячную толпу — и вить из этой толпы веревки. А разум здесь ни к чему.
Шок и ложь — вот два кита, на которых стоит совершенная пропаганда. Если людей подводить к той или иной мысли постепенно, не торопясь, должного результата не будет. Если солгать по мелочи — тоже. Поэтому информация должна огорошивать, ведь только шокирующие послания маниакально передаются из уст в уста. Адекватные сведения проходят незамеченными.
Будьте осторожны: дело Геббельса, как показывает история, не умирает.
Никогда не забывайте о главном принципе противодействия манипуляциям:
фильтруйте все, что видите и слышите, и будет вам свобода. Как минимум — от опасных предрассудков.
— Чтобы в ложь поверили, она должна быть ужасающей.
— Мы добиваемся не правды, а эффекта.
— Человек был и остаётся животным. С низкими или высокими инстинктами. С любовью и ненавистью. Но животным он остаётся всегда.
— Собственность обязывает и крепко привязывает.
В дневниковой записи от 16 марта 1945 г. д-р Й.Геббельс писал:
«Приходишь к горькому выводу, что военное руководство Советского Союза состоит из людей классом выше, чем наше собственное».
Про текущую верхушку оккупационного режима, в полной мере пользующееся приемами нацистского пропагандиста, такого не скажешь.
Десять правил Геббельса, которые работают и сейчас
«Худший враг пропаганды – интеллектуализм»
Назначенный вскоре рейхсляйтером пропаганды, Геббельс сформулировал фундаментальные профессиональные постулаты, вот основные:
— «пушки и штыки – ничто, если вы не обладаете сердцами нации»;
— для достижения этой цели хороши любые средства, главное, чтобы пропаганда была эффективной;
— причем «чем чудовищнее ложь, тем охотнее в нее верят» и тем быстрее она распространяется;
— а чтобы у толпы не возникало сомнений, «послания» должны быть примитивными, без подробностей, на уровне односложного лозунга: «худший враг пропаганды – интеллектуализм»;
— другими словами, «пропаганда должна воздействовать больше на чувства, чем на разум», а поэтому быть яркой, броской;
— для наилучшего усвоения месседжа «мы обязаны говорить на языке, понятном народу», и даже на разных языках – один для столицы, другой – для провинции, один – для рабочих, другой – для служащих;
— превозносить вождей и народ, постоянно поддерживая высокий градус идеологического пафоса и истерии;
— бесконечно повторять пропагандистскую трескотню: ведь трудно не поддаться ее магии, если в нее верит все большее число окружающих.
Исследователи деятельности Геббельса рассказывают, насколько умело использовал он «инцидент в Неммерсдорфе», когда во время наступления в Восточной Пруссии в октябре 1944 года красноармейцы расстреляли 11 мирных немцев. Геббельсовская пропагандистская машина развернула эпическую панораму зверств советских солдат, якобы изнасиловавших, а потом изуродовавших и убивших более 60 немецких женщин. Сфальсифицированные «снимки с места трагедии» вдалбливали гражданам рейха: не сдаваться!
«Один народ, один рейх, один фюрер»
Геббельс одним из первых понял, что идея будет усваиваться населением гораздо лучше, если она персонифицирована в образах героев и врагов, которые не грех и придумать. Так появился «мученик, национал-социалистический Христос Хорст Вессель». Ну а богом-отцом, благодаря стараниям «доктора Геббельса», стал, естественно, фюрер: «Не имеет большого значения, во что мы верим, главное – чтобы веровали. Народ без религии – как человек без дыхания». Сам «боготворец» Геббельс признавался: «Моя партия – моя церковь».
Эти задачи решали (и решают) уже следующие поколения пропагандистов, вслед за своим «учителем» осознающие, что телевидение является непревзойденным поставщиком готовых, цельных, контролируемых образов, с которыми не поспоришь. А Геббельс успел использовать ТВ для освещения берлинской Олимпиады 1936 года. Надо ли разъяснять, что его мастерство превратило Олимпиаду в грандиозную «выставку достижений» гитлеровской Германии.
Уроки большевиков
В полную мощь пропагандистские и организационные таланты Геббельса проявились с приходом нацистов к власти в январе 1933-го. Став министром, Геббельс задействовал еще один могучий ресурс – репрессивный. Роль внутренних и внешних «врагов народа», повинных во всех проблемах государства и общества и подлежащих беспощадному истреблению, была уготована либералам, евреям и большевикам (к слову, до встречи с Гитлером Геббельс не был антисемитом, с почтением относился к русским, превознося Достоевского и Толстого, а большевиков признавал своими наставниками; и действительно, продукты большевистской и нацистской пропаганды имеют поразительное сходство).
Уже в марте 1933-го по всей Германии запылали костры из списка запрещенных книг, в том числе тех же Толстого и Достоевского. Чтобы расправиться с инакомыслием навсегда, была введена цензура, независимые издания закрыли, журналистов объявили госслужащими, «враги» изгонялись из редакций, из кинематографа, литературы, живописи, науки. Те, кому повезло, спаслись в эмиграции, остальные «дегенераты» угодили в тюрьмы и концлагеря, как, например, Теодор Вольф, главный редактор либеральной газеты «Berliner Tageblatt», в свое время неосмотрительно отклонивший полсотни статей тогда еще никому не известного Геббельса.
«Он стал первой жертвой своей пропаганды»
Говорят, что на пятачке у рейхсканцелярии, где советские воины обнаружили сожженные трупы Гитлера и Геббельса, впоследствии разбили детскую площадку.
Высказывания Йозефа Геббельса-отца пропаганды.
О пропаганде и управлении массами.
1.Дайте мне средства массовой информации и я из любого народа сделаю стадо свиней.
2.Ложь, повторенная тысячу раз, становится правдой.
3.Если вы произнесёте достаточно большую ложь и будете её повторять, то люди в итоге в неё поверят.
4.Худший враг любой пропаганды — интеллектуализм.
5.Чем чудовищнее ложь, тем охотнее толпа верит в неё.
6.Мы добиваемся не правды, а эффекта.
7.Всё гениальное просто, и всё простое гениально. Маленькому человечку нравится скрывать свою ничтожность за сложными вещами.
8.Любой значительный человек чего-нибудь хочет и, более того, готов использовать любые средства для достижения своей цели.
9.Человек был и остаётся животным. С низкими или высокими инстинктами. С любовью и ненавистью. Но животным он остаётся всегда.
10.Диктатору не нужно следовать за волей большинства. Однако он должен быть в состоянии использовать волю народа.
11.Пропаганда должна быть популярной, а не приятной интеллектуально. Поиск интеллектуальной правды не входит в задачи пропаганды.
12.Отними у народа историю — и через поколение он превратится в толпу, а еще через поколение им можно управлять, как стадом.
13.Целью национальной революции должно быть тоталитарное государство, проникающее во все сферы общественной жизни.
14.Собственность обязывает и крепко привязывает.
15.Пропаганда утрачивает силу, как только становится явной.
16.Пропаганда должна воздействовать больше на чувство, чем на разум.
1.Складывается впечатление, что через каждые четверть века Америка обязательно участвует в какой-нибудь войне в Европе, чтобы иметь возможность беспрепятственно и по дешёвке поживиться здесь всем, чем придётся, например, достижениями культуры.
2.Англичане во всём мире известны отсутствием совести в политике. Они знатоки искусства прятать свои преступления за фасадом приличия. Так они поступали веками, и это настолько стало частью их натуры, что они сами больше не замечают этой черты. Они действуют с таким благонравным выражением и такой абсолютной серьёзностью, что убеждают даже самих себя, что они служат примером политической невинности. Они не признаются себе в своём лицемерии. Никогда один англичанин не подмигнёт другому и не скажет: «Но мы понимаем, что имеем в виду». Они не только ведут себя как образец чистоты и непорочности — они себе верят. Это и смешно, и опасно.
1.Храбрость — это мужество, вдохновленное духовностью. Упорство же, с которым большевики защищались в своих дотах в Севастополе, сродни некоему животному инстинкту, и было бы глубокой ошибкой считать его результатом большевистских убеждений или воспитания. Русские были такими всегда и, скорее всего, всегда такими останутся.
2.Большевизм — это диктатура худших.
3.Достоевский на несколько дерзких шагов оказался впереди своего времени. Следуешь за ним со страхом, недоверчивостью, потрясением — но всё равно следуешь. Он не отпускает, ты обязан идти за ним… Его следует просто назвать уникумом. Он пришёл из ниоткуда и ни к какому месту не принадлежит. И всё же он всегда остаётся русским.
4.Приходишь к горькому выводу, что военное руководство Советского Союза состоит из людей классом выше, чем наше собственное.
Чем больше ложь тем охотнее в нее верят кто сказал
Несколько цитат известных людей о СМИ:
Чем чудовищнее ложь, тем охотнее толпа верит в неё.
(Йозеф Геббельс)
СМИ — способ сделать невежественных людей еще более невежественными, а безумных — более безумными.
(Г. Менкен)
Журналисты напишут то, что скажем им мы.
(Дэвид Рокфеллер)
Газета — грязный притон продажной мысли.
(О. Бальзак)
Я читаю газеты от первой до последней страницы. Это для меня единственный способ оставаться в мире фантазий.
(А. Беван)
Рекламные объявления содержат единственные правдивые сведения, которые можно найти в газетах.
(Т. Джефферсон)
Не все мысли проходят через мозг, некоторые — только через цензуру.
(Станислав Ежи Лец)
Журналистика — настоящий ад, пропасть беззакония, лжи, предательства; выйти оттуда чистым может только тот, кого, как Данте, будет охранять божественный лавр Вергилия.
(О. Бальзак)
Никогда не верь газетам и зеркалам!
(Джон Осборн)
Если ты все понимаешь, значит, тебе не обо всем говорят.
«Пшекруй»
Бывает информация из первых рук, высосанная из пальца.
(Роберт Карпач)
Мусор уже не выбрасывают. Его перерабатывают в телевизионные шоу.
(Вуди Аллен)
Для старого Рокфеллера издавали специальную газету, заполненную вымышленными новостями. Некоторые страны в состоянии издавать такие газеты не только для миллиардеров, но для всего населения.
(Станислав Ежи Лец)
Каждый президент должен иметь право убивать двух журналистов в год — без объяснения причин.
(Герберт Гувер)
Журналист — это человек, который потом знал все заранее.
(Карл Краус)
Первым правилом должно быть признано не предоставлять журналистам полной свободы, но вместе с тем внушить читателю приятную уверенность, что эти журналисты свободны.
(Жан Порталис)
Журналистика — это вид шоу-бизнеса.
(Фрэнк Херберт)
Ложь, повторенная тысячу раз, становится правдой.
(Шатобриан)
Чем больше ложь тем охотнее в нее верят кто сказал
Войти
Авторизуясь в LiveJournal с помощью стороннего сервиса вы принимаете условия Пользовательского соглашения LiveJournal
история. кому верить?
Приписываемый Геббельсу тезис «чем чудовищнее ложь, тем охотнее в неё поверят» на самом деле был высказан Гитлером в книге «Майн кампф». Вот как это звучит в переводе Карла Радека:
Некоторые цитаты Геббельса.
Это видео падения Северной Башни. Здесь очень интересно заметить сильное землетрясение ровно за 12 секунд до начала падения башни, которое состояло из одного основного толчка и одного “после-толчка”. По степени сотрясения чётко видно, что магнитуда землетрясения явно превышала пять с половиной баллов по шкале Рихтера – что указывает на то, что само это землетрясение было вызвано не менее, чем 100-килотонным подземным взрывом. Кроме того, уже после падения Башни с правой стороны от неё (после проезда грузовика) хорошо видно как рассыпается в порошок одна из уцелевших периферийных несущих сборок (которая выглядит как стальная «пика») которую не задела падавшая верхушка Башни.
Для меня версия Халезова кажется убедительной.
Вывод неутещителен: на Земле есть «мутанты», не ограничивающие себя нравственными обязательствами, они находятся при власти и постоянно работают над её увеличением. Есть прихлебатели, реализующие их замыслы спецоперациями.
С помощью массмедиа эти спецоперации обосновываются, формируется социальный запрос, который порождает энтузиазм, и есть огромная масса людей и человеков, живущих повседневными заботами.
Может ли образование, в частности история, быть вне поля зрения этих властителей? Хорошо ли заплатят энтузиастам за нужную информацию?
Как при этом информация будет соотноситься с истиной?
Памятник «неолита» Стоунхендж.
http://kadykchanskiy.livejournal.com/11 7682.html
Германия. 1916 г. Великобритания, 20-е годы.
Портленд. 1930 г. Строительство Нотр Дам де Пари.
Брюссель. 1930 г. Античность на конвеере. 1926 г.
Хочется ещё отметить роль нумизматики в истории. Клады с древнеримскими, или другими древними монетами, подтверждающие официальную историю, как правило, находят случайно, чаще всего при обработке (пахоте) земли, т. е. близко к поверхности. Мне это кажется странным, поскольку перед мысленным взором сразу всплывает фото трёхуровнего Римского Форума и вспоминается опытный факт, что в средней полосе почва растёт на толщину около 10 мм в год. Ещё я припоминаю почём продаются на аукционах редкие, или древние монеты, какие деньги там крутятся, сколько экспертов этим кормится и меня не просто одолевают сомнения, но у меня возникает уверенность, что фальсификат неизбежен и здесь.